Мечети — нет, парку — да?

Однако планы строительства вызвали жесткое сопротивление со стороны местных жителей. Инициативные граждане организовали движение против строительства мечети, назвали его «Мой двор», собрали тысячи подписей против возведения мусульманского храма и даже создали в интернете сайт «Мечети нет» mecheti.net.

При этом никого не беспокоила критика со стороны обиженной исламской общественности, которая видела в действиях жителей Текстильщиков признаки исламофобии.

Тем временем коренные мусульмане ждут от нового мэра прежде всего строительства новых культовых сооружений. Председатель Исламского комитета Гейдар Джемаль не верит, что в ближайшее время мусульмане столицы получат долгожданные мечети. По его мнению, вскоре начнется активизация деятельности националистических организаций, межэтнических столкновений, общей напряженности в обществе.

Многие мусульмане задаются вопросом, если не в Текстильщиках, то где же строить мечеть? Складывается такое впечатление, что вопрос о строительстве мусульманского храма решают инициативные группы с сомнительными лидерами, увлекающимися национальными идеями, размышляет сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла хазрат Аширов.

Где гарантия того, что лидеры данной группы не перекинутся в другой район и не станут агитировать местных жителей против строительства мечети? В таком случае ни в одном районе не удастся решить вопрос со строительством. Но тогда молодежь будет уходить в подвалы, на квартиры, объединяться в сомнительные группы, под воздействие сомнительных имамов.

Применительно к российскому исламу можно без преувеличения сказать, что миграция из Центральной Азии и Кавказа в регионы Центральной России, Урала, Сибири и Дальнего Востока значительно его обогатила, сделав общины мечетей полиэтническими, а жизнь коренных жителей более разнообразной.

В нашем случае понять несложно, против кого выступают москвичи, так как мусульмане-«коренные москвичи» имеют весьма успешный уровень интегрированности в российское общество. Следует подчеркнуть, что в столице, где невозможно абсолютное соответствие обрядов шариатским нормам, коренные мусульмане приспособились к местным условиям таким образом, чтобы максимально уложиться в рамки религиозных канонов. Но это опять-таки вопрос времени, так как «притирки» отнимают много времени и сил.

Антологию происходящего процесса понять и разбирать очень сложно. Ответить на вопрос, почему люди так агрессивны, очень трудно, почти невозможно. Может быть, дело не в строительстве мечети вовсе? Поскольку коренные жители настроены агрессивно по отношению к любым мигрантам, независимо от того, мусульмане они или нет.

«Мы стали агрессивны и нетерпимы, потому что находимся в глубочайшем кризисе. Население чувствует себя крайне неуверенно после перестройки 90-х. И тут вдруг приезжают чужаки и достигают успеха! Это вызывает сильнейшую зависть и раздражение со стороны основного населения, которое считает, что русские — как этническое большинство — должны находиться в привилегированном положении, а мигранты не имеют права составлять им конкуренцию», — считает Лев Гудков, социолог, заведующий отделом социально-политических исследований Левада-центра.

Мигрант мигранту рознь

Похоже на то, что мусульманский вопрос, захлестнув Европу, добрался до Москвы. С одной стороны, горожане хотят парки вместо минаретов, а с другой стороны, мусульманам нужны мечети.

В последнее время в мире отношение к исламу становится все менее терпимым. В условиях глобализации и усиления миграционных потоков проблемы новых граждан-мусульман становятся не только сугубо этническими, но и общегосударственными. В данном случае одни только имамы и муфтии не справятся с толпами приезжих, не смогут контролировать и прививать им «кодекс москвича». Конечно, лучшая профилактика конфликтов и недопонимания — открытый диалог.

«Миграционная ситуация в России приобретает чрезвычайно острый характер. Острота проблем, связанных с миграционными потоками, во многом связана с отсутствием должной политики на рынке труда, несовершенством миграционных законов и практики приема иностранных трудовых мигрантов, хлынувших на территорию России в 90-х гг. ушедшего столетия», — пишет Л.Д. Ерохина, кандидат социологических наук.

Каждый, кто легально находится на территории страны, может рассчитывать на вполне достаточную для жизни социальную помощь; обязательного посещения детских садов и даже школ фактически не существует. Кроме того, в отличие от таких стран, как Австралия или Канада, мы не проводим такую миграционную политику, ключевым элементом которой является строгий отбор тех, кто хочет стать гражданином страны.

Даже в тех европейских странах, которые славятся своей толерантностью, все чаще звучат мысли о том, что мусульмане плохо интегрируются в традиционные общества. Почему так происходит? Если учитывать тот факт, что к нам приезжают мигранты из тех стран, где уровень образованности мусульман оставляет желать лучшего, то картинка становится более или менее ясной.

Поэтому здесь нужно применить тонкие методы дипломатии и учитывать интересы каждой стороны. Взаимоуважение должно быть основополагающим фактором в процессе интеграции приезжих мусульман.

Поскольку мы заговорили о взаимоуважении, то в соответствии с предписаниями ислама в гостях принято уважительно относиться к хозяевам и их образу жизни.

Многих в день праздника Курбан байрам поразило вот что: после выхода из мечети с молитвы молодые крепкие ребята штурмовали турникеты метро: дежурным на станциях оставалось только смотреть на сотни безбилетников. Говорят, работники метро были просто в шоке. Это не значит, что все мусульмане-мигранты — воры, насильники и так далее.

К примеру, сегодня, по данным исследователей, выходцы из стран Центральной Азии составляют почти 7% от общего числа руководителей духовных и казыятских управлений мусульман, действующих в российских регионах. Эти люди отличаются высокой религиозной образованностью и пользуются заслуженным уважением местных мусульман.

Поэтому стоит задаться вопросом, существуют ли у мигрантов стимулы для того, чтобы учить язык, искать себе работу, заботиться об образовании для своих детей?

С другой стороны, как же заниматься просвещением мусульман-мигрантов, когда центральные каналы не находят 30 секунд эфира для речи муфтия, призывающего к правде и порядку? Поэтому некоторые религиозные лидеры начали призывать к созданию религиозных групп, организовывать молитвенные помещения помимо мечетей.

Духовные управления мусульман России, мечети, медресе сегодня должны быть своего рода центрами по работе с мусульманами-иммигрантами, помогать им в процессе интеграции, сообща работать с городскими структурами. Нужно выработать программу социально-культурной адаптации, правового образования, линию защиты, обучения и трудоустройства иммигрантов. Нужно грамотно адаптировать мигрантов в российское общество. Как будут разворачиваться события, покажет лишь время.

Сайда БАРУДИ