Абдуррахим Лякрим: Лучшее, что могли сделать татары — выбрать ханафитский мазхаб

— Уважаемый шейх, как вам Казань?

— Я столько раз здесь бывал, что Казань — будто мой родной город. В мире есть еще три города, которых я люблю также: моя родина, Медина и Стамбул. В Казани душу ласкают даже стены, потому что они пропитаны исламом. Люди – приветливые и почти родные. Я могу с уверенностью утверждать, что здесь очень высокий уровень нравственности и безопасности. Такого чувства в другой стране у меня не возникает.

— Несколько дней вы пробыли в Болгаре на Форуме мусульманской молодежи. Какое впечатление на вас произвела татарская мусульманская молодежь?

— В этом форуме я участвовал уже в четвертый раз. И с каждым годом программа Форума становится полнее и интереснее. Делегаты находят себя в спорте, в культуре, в истории… Я думаю, что в России проекта подобного масштаба больше нет, поэтому его можно назвать «лицевым» для Татарстана. Участники показали себя в наилучшем свете: татарскую молодежь, на мой взгляд, отличает высоконравственность, широкие интеллектуальные знания и высокая культура поведения. Я у себя на родине всегда рассказываю, что татары много вкладывают в воспитание и образование своих детей. Важно то, что мусульманская молодежь в Татарстане движется по серединному пути, не впадая в фанатизм и не проявляя равнодушия. Это такая чистосердечная, искренняя приверженность своей религии. Вообще трех словах охарактеризовать татарскую мусульманскую молодежь можно было бы эпитетами «высококультурная», «коммуникабельная», «сдержанная».

— Для делегатов форума Вы интересны не только как большой ученый. Скажите, какого это — быть прямым потомком Пророка Мухаммада, мир ему и благословение Всевышнего?

— Этот факт ни в коей мере не является предметом моей гордыни. Скорее, это возложенное на меня обязательство: я чувствую большую ответственность и не смею забывать про аманат. Меня тревожит, будет ли гордиться моими поступками Пророк Мухаммад мир ему и благословение Всевышнего, когда мы встретимся с ним. Надеюсь, что будет.

— Сегодня Татарстан называют окном России в исламский мир. Какое представление о нашей республике существует за пределами страны?

— К сожалению, в арабских странах про Татарстан ничего не знают. Когда я рассказываю своим соотечественникам о татарах, о вашей культуре и республике, я всегда подчеркиваю, что мусульмане Татарстана являются примером высокого уровня духовного развития, образования и нравственности. Таким примером, за которым нужно следовать! То, что татарам, несмотря ни на что, удалось сохранить Ислам и исламское образование, достойно глубокого уважения. И еще я считаю, что самое лучшее, что могли сделать татары в своей истории, это выбрать для себя ханафитский мазхаб. Он гибкий и миролюбивый, как и ваша ментальность.

— Сейчас мусульмане Татарстана и всей России живут одной общей идеей – возрождением отечественных богословских традиций и развитием религиозного образования. Все мы пребываем в предвкушении важного события – открытия Болгарской исламской академии. Как вы думаете, что нужно, чтобы Академия заняла достойное место среди исламских учебных заведений мира?

— Открытие Болгарской исламской академии, безусловно, говорит о том, что татары крепко взялись за свою религию. Это показатель того, что Татарстан не является потребителем мысли извне, а сам стремится стать источником исламской мысли. Но важно все-таки, чтобы в Академии было движение этой мысли: нужен именно обмен мнением и опытом, а не отрицание чужих знаний. И если мысль будет живой, то и Академия будет жить. В целом же, Болгарская исламская академия – это величайшее благо для России. Вы должны благодарить всех, кто принял участие в ее реализации.

— В России крайне остро стоит проблема проникновения в общество экстремистских идей. И это понятно: слишком высок у нас процент религиозной безграмотности. А что в мусульманских странах?

— Это общемировая проблема, к сожалению. В Марокко, например, за экстремизм любого формата следует довольно жесткое уголовное наказание. Как и везде, экстремисты выходят из низших слоев общества: они безграмотны и по своему социальному и интеллектуальному уровню развития сильно отстают. Ими движет только одно: отомстить обществу за свою неудавшуюся жизнь. Среди заключенных экстремистов имамы и ученые проводят активную разъяснительную работу. Поймите: мысль можно побороть только другой мыслью. И если бы в России не было духовно-просветительской пустоты, а ученые не самоотстранялись от своей святой обязанности просвещать народ, то и идеям экстремизма здесь не нашлось бы места.